|
Джеймс Уотсон
ЧИХУАХУА
(из журнала "Сельская жизнь в Америке", март, 1911)
Ó Пер с. англ. А. Глебов, Г.Глебова, 2009
Сейчас, когда ньюфаундленд практически исчез как шоу-собака, а заявления о том, что бостон-терьер является аборигеном, оказались ложными, единственной собственно североамериканской собакой остается мексиканский чихуахуа. Нигде больше точно такой же собаки не существует, поэтому невозможно утверждать, что она происходит откуда-нибудь еще, кроме Северной Америки. Действительно, маленькие собачки, которых можно считать чихуахуа, на наших выставках чрезвычайно редки и оказываются в ринге, если можно так выразиться, случайно. С некоторым преувеличением можно сказать, что никто не выводит определенного их типа, в пометах присутствуют совершенно разнотипные щенки, которые могут быть чрезвычайно малы по размерам, коих, как раз, и выискивают наши экспоненты.
Лично я отдаю предпочтение короткошерстным, белого или палевого окраса, особям. Уши довольно большие, стоячие, расширяющиеся у основания, ничуть не напоминающие уши померанских шпицев или французских бульдогов. Что касается хвоста, то он тоже специфичен. Для собаки такой величины он длинен, и я предпочитаю, чтобы собака несла его кольцеобразно над линией спины. Кончик хвоста почти касается его основания. Примерно так же несет хвост английская гончая, но если бы хвост последней завернулся кольцом, то выглядел бы смешно в сравнении с размером собаки, в то время как дополнительная длина хвоста чихуахуа, завернутая кольцом, выгодно подчеркивает ее совершенство.
Я заметил, что некоторые владельцы не обращают внимания на когти. В Мексике, где чихуахуа прыгают по грязному полу саманных домиков, их когти стачиваются естественным образом. Поскольку у нас чихуахуа являются домашними любимцами, их когти стачиваются медленнее, чем нарастают, быстро превращают собачьи лапы в "кошачьи", с растопыренными пальцами, распущенные и вывернутые. Когти следует, поэтому подстригать, что легко сделать ножницами или острым ножом для очинки карандашей.
Мое знакомство с чихуахуа началось весной 1888 г., когда я впервые оказался в качестве эксперта на тихоокеанском побережье Соединенных Штатов. Я приехал в Эль Пасо, пересек реку, и вот я уже в Мексике. Ожидая прибытия поезда на запад, я увидел мексиканца, держащего в руках очень маленькую собаку. Моего испанского хватило на то, чтобы спросить, сколько она стоит. Он ответил: "5 долларов", и когда я уже начал вытаскивать деньги, ко мне подскочил другой мексиканец, сказавший, что знает английский. Тогда я в штуку попросил его узнать, не хватит ли четырех. После весьма оживленного разговора собака была продана мне за три доллара. Эта сделка долгие годы отягощала мою совесть, пока я не посвятил в свою тайну одного из отцов-основателей нашей кинологии, отпустившему мне мой грех.
Никого подобного этой маленькой Манцаните, как она была названа, я больше никогда не видел. Если бы в это время в нашей стране были померанские шпицы, я бы сказал, что она была их ближайшей родственницей. Ее шерсть напоминала бобровый мех как структурой, так и окрасом, и она была настолько мала, что я носил ее в кармане пальто до своего прибытия в Лос‑Анджелес, где достал для нее самую маленькую коробку из-под чипсов, которая оказалась для нее даже велика. Мальчик на выставке в Сан‑Франциско, увидев ее, воскликнул: "О! Аризонская собачка!", а один джентльмен остановил меня на улице немецкого квартала и сказал, что не видел таких собачек с тех пор, когда он был в Аризоне несколько лет назад. Когда следующей зимой Манцанита умерла от воспаления легких, я тут же захотел приобрести другую чихуахуа, для чего приложил все усилия по сбору информации у жителей этого штата. Но только во время моей четвертой поездки на тихоокеанское побережье у меня появилась возможность отправиться на юг. Я выбрал Санта‑Фе, поскольку мальчик на выставке в Сан‑Франциско упоминал об индейцах, до чьих резерваций я легко мог добраться, например, из Гэллапа, у которых есть такие собаки. Безрезультатно. Единственный совет, полученный мною в штате Нью‑Мексико, заключался в том, что мне следует побывать в южной его части, граничащей с Мексикой, делая остановки то тут, то там.
Отправляясь домой, я последовал этому совету и остановился в Тусконе, где стал обладателем прекрасной черно‑подпалой собаки. Остальные чихуахуа, которых я там видел, были крупнее, чем мне хотелось, поэтому я перебрался в Эль Пасо и в течение трех дней занимался поисками собак, устраивающих меня по размеру и различных по типу, которые завершились находкой полудюжины чихуахуа. Некоторые из них были терьероподобны, другие обладали длинным телом и короткими конечностями; все они были рыжими и исключительно хорошо одетыми.
Одна из приобретенных мною чихуахуа – терьероподобного типа – по имени Хуарес Бель, с легкостью стала чемпионом. Она была чисто белого окраса, великолепно сложена, с идеальными передними и задними конечностями, как и та собака, которую я купил в Тусконе. Затем я приобрёл помет из трех черно‑белых щенков, различавшихся по типу шерсти: один был короткошерстным, второй с мягкой пушистой шерстью, а еще один с типом шерсти мальтийской болонки. Закончилось все приобретением очень маленького шоколадно‑белого щенка из другого помета. За исключением рыжих и белой чихуахуа, с остальными мне не повезло: все они погибли той же зимой.
В прошлом году, возвращаясь домой из Санта-Розы, я провел пару дней в Эль Пасо и Хуаресе, и, наконец-то, мне посчастливилось приобрести то, что я считаю лучшим представителем породы из всего мною виденного – маленькую короткошерстную семимесячную собаку, весом чуть менее 16 унций (прибл. 454 гр. – А.Г., Г.Г.) по аптекарским весам, чисто белого окраса, исключая маленькое черное пятнышко у основания хвоста. К сожалению, я потерял ее: разъезжая по Филадельфии с деловыми визитами, я где-то оставил маленькую корзинку, в которой держал собачку; это была последняя из лучших моих чихуахуа.
Чихуахуа постепенно завоевывают популярность: на выставке в Ислипе (графство Сеффолк, штат Нью-Йорк - А.Г., Г.Г.) их было уже пять, не считая пары мистера МакГоверна, которая принимала участие в многочисленных выставках и ранее. Это яркие, изящные и очень нежные маленькие собачки, обладающие, к тому же, большим преимуществом: их короткую шерсть легко держать в чистоте, просто расчесывая и, время от времени, купая. Еще одним достоинством короткошерстных собак является то, что они не "раздеваются" при линьке, как представители длинношерстных пород, выглядящих от этого не лучшим образом.
Для чихуахуа существует только одна проблема, а именно, их акклиматизация и способность противостоять нашим зимам. За исключением моей первой покупки, которую я совершил в апреле, все остальные собаки были куплены мною в октябре. Если бы не беспорядки в Хуаресе, я бы побывал там в июне прошлого года и продолжил бы поиски. Но мне посоветовали остаться дома, пока ситуация не нормализуется.
Как я уже говорил, эти маленькие собаки отличаются форматом, размерами и окрасом: мексиканцы не обращают внимания на эти показатели. Они полагают, что единственным признаком чистоты породы является наличие родничка, который считается главной особенностью чихуахуа и не встречается в других породах.
копировано с сайта Helena's Band
_________________ http://monassmile.jimdo.com/Разведение собак - это смесь искусства и науки, к которой нужно добавить чуточку везенья, еще немножечко гениальности, и конечно, неиссякаемого оптимизма разведенца» (Х. Хармар)
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Горький шоколад поднимает настроение 
Мамочка плюшечка красивая. А кто счастливый папа?
Я таю 
